Гади Эйзенкот впервые за многие годы получил поддержку большинства Кнессета, включая историческую рекомендацию от арабских партий, но президент Ицхак Герцог медлит с передачей ему мандата. Израиль стоит на пороге новой политической эпохи, где старые правила больше не работают, а стабильность правительства — как мираж в пустыне.
В тот самый момент, когда над Тель-Авивом рассвет сменял ночную тревогу, а в штаб-квартире партии Яшар раздавались аплодисменты, казалось, что сама история решила сделать паузу, чтобы перевести дух. Гади Эйзенкот, бывший начальник Генштаба и теперь лидер партии Яшар, стоял на сцене, окружённый соратниками, и, возможно, впервые за долгие годы израильской политики, в воздухе витал запах перемен — не революционных, а скорее эволюционных, но оттого не менее судьбоносных.
Сухие цифры, которые так любят политические комментаторы, на этот раз звучали как приговор старой эпохе: 67 депутатов Кнессета из 120 выразили поддержку Эйзенкоту, в то время как у Нетаниягу осталось лишь 46 верных штыков. Но, как это часто бывает в Израиле, арифметика — лишь часть уравнения. Президент Ицхак Герцог, облачённый в мантию арбитра, не спешит вручать мандат победителю, ссылаясь на некую «неочевидность» способности сформировать правительство. Ах, если бы Бен-Гурион мог услышать этот аргумент, он бы, вероятно, саркастически заметил: «В нашей стране очевидно только то, что ничего не очевидно».
Но что же делает этот момент по-настоящему историческим? Не только то, что Эйзенкот впервые за долгие годы сумел объединить вокруг себя не только еврейские, но и арабские партии. Раам и Объединённый список не просто поддержали его — они рекомендовали его президенту, тем самым разрушив старую аксиому о невозможности арабского участия в формировании правительства. Конечно, Объединённый список предпочёл остаться вне формальной коалиции, но пообещал поддерживать правительство извне, что в израильских реалиях сродни тому, как если бы Моше Даян согласился бы командовать армией, не надевая форму.
В этом новом политическом ландшафте, где каждая партия — как отдельный оазис в пустыне, а коалиции строятся на зыбком песке компромиссов, роль арабских партий становится не просто значимой, а определяющей. Их 19 голосов — это не только арифметическая прибавка, но и символ того, что израильская демократия, несмотря на все свои противоречия, способна к обновлению.
А что же Нетаниягу? Его 46 голосов — это не просто поражение, это финальный аккорд целой эпохи. Эпохи, когда харизма одного человека могла перевесить все политические расклады, когда лозунги о безопасности и национальной идентичности были достаточны для победы. Сегодня же, когда даже самые преданные союзники начинают искать новые альянсы, становится ясно: эпоха Нетаниягу уходит, оставляя после себя не только политические руины, но и уроки для будущих поколений.
И вот, когда президент Герцог медлит с решением, а в кулуарах Кнессета кипят страсти, Израиль вновь оказывается на пороге неизвестности. Сможет ли Эйзенкот превратить арифметическое большинство в реальное правительство? Или же нас ждёт очередной виток политической нестабильности, где каждый новый день — как новая глава в бесконечном романе о поиске компромисса?
Итоги коалиционной арифметики 26-го Кнессета
Блок Партии / Примечания Мандаты Отклонение от большинства (61)
Формальная коалиция Эйзенкота Яшар (12), Б’Яхад (18), Исраэль Бейтену (9), Демократы (9) 48 −13 (без поддержки арабских партий)
Внешняя поддержка (арабские партии) Раам (8), Объединённый список (11) 19 +19 (закрывает дефицит)
Общий блок Эйзенкота Формальная коалиция + внешняя поддержка 67 +6 (небольшое большинство)
Блок Нетаниягу (оппозиция) Ликуд и союзники 46 −15 (оппозиция)
Прочие / не определившиеся Не заявили о поддержке 7 —
Всего Кнессет 120 ✓
Вывод:
Израиль вступает в новую эру, где старые правила больше не работают, а стабильность правительства зависит от готовности к диалогу и компромиссу. Эйзенкоту предстоит не только собрать коалицию, но и искусством возможного.
